«Мир с Широковым невозможен, я пойду до конца»

Фото:
Sport24

Футбольный арбитр Никита Данченков заявил, что не намерен идти ни на какие-либо уступки в деле бывшего футболиста сборной России Романа Широкова. Он подчеркнул, что собирается добиваться его переквалификации на более строгие меры.
Сегодня дело об избиении Данченкова Широковым должно было быть рассмотрено в суде в особом порядке, но потерпевший настоял на общем порядке. Заседание перенесено на 4 декабря.

— Сегодня как-то общались с ним? Встречались взглядом?
— Взглядом, может, и встречались, но разговора не было в принципе и до этого никакого. Единственное, что был мини-диалог на очной ставке. Извинение, которое я не считаю искренним.
— Сегодня он вам ничего не сказал?
— Нет, вообще ничего.

— Вы тоже считаете, что это было покушение на убийство?
— Тут сложно сказать. Я полностью доверяю своим адвокатам в этом вопросе. В любом случае, те эмоции были, мягко говоря, неправильными. Это очень неподобающе. Если была бы оплеуха по лицу, еще ладно. Но человек на этом не успокоился и продолжил добивать.
— Вы сами хотите добиться переквалификации?
— Да, хочу добиться переквалификации дела на более строгие меры.

— Несколько месяцев назад вы получили повышение в судействе. Как та ситуация может отразиться на вашей карьере арбитра?
— Никак не может. Все зависит от того, как я буду работать.
— Уголовное дело заявлено. Широков признал свою вину. Почему отказываетесь от особого порядка?
— Возможно, он это признает как раз для того, чтобы это дело завершилось мягче.
— Вы хотите мести?
— Нет, хочется справедливого правосудия.

— А почему сейчас оно не справедливое?
— Он хочет отделаться легким испугом. Минимальное наказание требует.
— Два года лишения свободы недостаточно?
— Сложно сказать, все в руках суда.
— Возможно мировое соглашение?
*— Нет. Я пойду до конца. Материальная компенсация меня совершенно не интересует. Это дело чести, хочется показать, что нельзя ни во что не ставить судей. Еще показать, что каким бы ты ни был человеком, знаменитым, богатым, ты не можешь делать то, что тебе хочется.

— Если бы Широков искренне извинился после этого происшествия?
— Все бы было иначе, конечно. Все можно было решить в первые дни.
— В том диалоге на месте не было искренности?
— Нет, тогда даже извинений не было никаких. Он просто хотел это дело замять.
— Каким образом?
— Хотел поговорить один на один со мной, но я сразу отказался, так как меня это не интересовало. Я тогда еще был в состоянии шока, рядом со мной были организаторы турнира, ждали скорой помощи, довели до раздевалки.

— То есть попытка поговорить все-таки была от Широкова тогда?
— Да, но это было для того, чтобы замять дело. А извинений не было. Я сказал, что ничего не получится, он взял своего ребенка и уехал.
sport.rambler.ru

Оставить комментарий